Сегодня 8 декабря 2020 года и, кстати, сегодня ровно сорок лет с того дня, когда в Нью-Йорке четырьмя выстрелами в спину возле своего дома был убит Джон Леннон.

Рассказывать об этом событии и анализировать мотивы убийцы – Марка Чепмена, который до сих пор отбывает пожизненное заключение – я не буду, об этом и без меня написано очень много. Замечу только в скобках, что в тот день убийство Леннона спасло жизнь другому великому музыканту – Дэвиду Боуи, коллеге и другу Джона. Страдающий бредовым расстройством Марк Чепмен присутствовал в тот день на пьесе «Человек-Слон», в которой Боуи исполнял роль Джозефа Меррика, фотографировал Боуи у дверей на сцену и сразу после этого отправился к дому Леннона, чтобы застрелить его. Полиции он заявил, что если бы ему не удалось убить Леннона, он бы вернулся в театр и застрелил Дэвида Боуи.

Не буду я писать и о той величайшей роли, которую Джон Леннон (и сам по себе, и вместе с The Beatles) сыграл в мировой музыкальной культуре. Об этом и без меня написаны сотни, если не тысячи томов, а сегодня, еще до того, как солнце сядет за крыши небоскребов и верхушки пальм, Интернет пополнится новыми десятками и сотнями гигабайт текстов и видеофайлов на эту тему.

Не пропустите ни одной новой публикации!

Нет, я хотел бы написать немного о другом – о его политической деятельности. О том влиянии, которое этот ливерпульский двоечник из неблагополучной и проблемной семьи, еле-еле окончивший школу и никогда не помышлявший о высшем образовании, оказал на судьбы мира. О том, из-за чего британское телевидение 30 декабря 1969 года назвало Джона Леннона одним из трёх политических деятелей десятилетия: наряду с Джоном Кеннеди и Мао Цзэдуном.

«Популярнее, чем Иисус»

Принято думать, что политический активизм Леннона начался в 1968 году, когда The Beatles уже громко трещала по швам, и продолжался четыре года – до 1972. Однако его первое антиклерикальное (и, конечно же, политическое по сути) публичное заявление, произведшее эффект атомного взрыва, относится еще к 1966 году. Именно в марте того года в интервью лондонской газете Evening Standard музыкант заявил:

Христианство уйдёт. Оно исчезнет и усохнет. Не нужно спорить; я прав и будущее это докажет. Сейчас мы более популярны, чем Иисус; я не знаю, что исчезнет раньше — рок-н-ролл или христианство. Иисус был ничего, но его последователи тупы и заурядны. И именно их извращение губит христианство во мне.

Здравомыслящие в массе своей англичане не обратили ни малейшего внимания на эту, в общем-то, довольно банальную истину, высказанную знаменитым «битлом». Но когда через пять месяцев фразу о том, что «Битлз» популярнее Христа, поместил на обложку американский журнал Datebook, в Америке начался скандал. В южных штатах публично сжигали пластинки «Битлз», радиостанции прекратили транслировать их песни. С осуждением выступил даже Ватикан (правда, в 2008 году папский престол одумался и заявил, что фразу Леннона следует расценивать как шутку). Вместе с тем, «Битлз» готовились к турне по США. И когда оно началось, Леннону принялись угрожать расправой: в Мемфисе кто-то позвонил в номер «Битлз» и сообщил, что во время концерта Леннон будет убит. После этих гастролей, кстати, «Битлз» приняли решение отказаться от концертов, так с тех пор ни разу больше и не выступив на сцене.

Революция № 1

В мае 1968 года со студенческих волнений в Париже началась всемирная левая революция, в которую немедленно погружается и Джон Леннон. Именно так, Revolution, называется его песня, вышедшая в том году в виде сингла и затем в слегка переделанном виде попавшая на «Белый альбом» «Битлз» под названием Revolution 1. Однако политическая позиция Леннона – нонконформизм, ненасилие, мир и любовь – уже тогда сильно отличалась от позиции тех, кто размахивал красными цитатниками Мао и призывал к вооруженному восстанию:

Ты говоришь, что хочешь революцию. Ну, ты знаешь, мы все хотим изменить мир. (…) Но когда ты говоришь о разрушении, разве ты не знаешь, что должен меня исключить? (…) Ты просишь меня о взносе. Ну, ты знаешь, мы делаем, что можем. Но когда тебе нужны деньги для людей, у которых в мозгах ненависть, то все, что я могу сказать – брат, тебе придется подождать. (…) Ты говоришь мне, что это институции… Ну, ты знаешь, лучше освободи свой разум. Но если ты пойдешь с портретами председателя Мао, то тебе не сделать этого.

Политические взгляды Джона Леннона к этому времени стали отчетливо пацифистскими. В 1969 году он вернул свой орден Британской Империи, которым его, как и остальных участников «ливерпульской четверки», четырьмя годами ранее наградила королева Елизавета II. В своем письме, направленном в Букингемский дворец, он так мотивировал свое решение:

Ваше Величество, я возвращаю орден Британской Империи в знак протеста против британского вмешательства в Биафро-Нигерийскую войну, против нашей поддержки американской войны во Вьетнаме и против того, что [песня] Cold Turkey опускается в чартах.

В постели за мир

После своей свадьбы Джон Леннон и его новая жена Йоко Оно использовали медовый месяц для антивоенной акции, имевшей беспрецедентный успех. В марте 1969 в отеле Amsterdam Hilton они провели демонстрацию за мир в совершенно новой, придуманной ими, форме: Bed-In For Peace, что на русский язык обычно переводится как «Лежание в постели за мир» или «Постельная демонстрация за мир».

Толпы журналистов, решивших было, что отчаянные молодожены примутся публично заниматься сексом, толпились в дверях их гостиничного номер. Однако все было обставлено более чем целомудренно: облаченные в белые пижамы Джон и Йоко восседали посреди цветов на огромной двуспальной кровати под плакатами за мир и говорили о необходимости прекращения войны во Вьетнаме. Акция продолжалась целую неделю: их номер был с утра до вечера открыт для всех интересующихся, и действительно, кто только туда ни приходил.

Мне нужна Ваша поддержка!

Если Вам понравился этот материал и Вы хотели бы поддержать мою работу, Вы можете сделать это, оформив платную подписку на мой блог на платформе Patreon (от $3 в месяц) или Boosty (от 150₽ в месяц). Ваша платная подписка даст Вам ранний или эксклюзивный доступ к материалам только для подписчиков, а мне – возможность уделять больше времени на создание новых текстов и подкастов для Вас. Чтобы посмотреть блоги и оформить подписку, нажмите на одну из кнопок ниже!

Чуть позже, с не меньшим, а то и большим успехом, они повторили эту акцию уже на американском континенте, в монреальском отеле Queen Elizabeth в Канаде, где в то время укрывалось от призывных повесток большое количество американцев.

Они не сходили с экранов телевидения, с первых страниц газет и журналов. И вместе с сенсацией в мир непроизвольно просачивался их призыв положить конец войне во Вьетнаме.

Генри Форд знал, как продавать автомобили с помощью рекламы. Я и Йоко “продавали” мир. Многим это казалось смешным, но многие начинали задумываться.

Give Peace A Chance

Во время монреальского бед-ина за мир Леннон экспромтом создал и записал песню Give Peace a Chance (Дайте миру шанс). Будучи выпущена в виде сингла, она быстро стала гимном антивоенного движения: 15 ноября 1969 года в Вашингтоне ее спели 250 тысяч участников марша за прекращение Вьетнамской войны. В декабре того же года супруги Ленноны оплатили рекламные биллборды в десяти городах мира с одной и той же надписью на соответствующем национальном языке: «Война окончена! Если ты этого захочешь».

После этого было еще много политических акций, особенно начиная с 1971 года, когда Леннон и Оно переселились в Нью-Йорк и на полную катушку включились в американскую общественно-политическую жизнь. Кампания в защиту Джона Синклера – поэта, писателя, деятеля андерграунда, политического активиста «Новых левых» и создателя Партии Белых Пантер, провозгласившей лозунг «Sex, drugs, rock’n’roll» – приговоренного к десяти (!) годам тюрьмы за два косяка марихуаны. Протесты против «Кровавого воскресенья» в январе 1972 в североирландском Дерри, где британскими солдатами были расстреляны 13 безоружных демонстрантов, пришедших на марш в защиту гражданских прав. Но в историю вошли прежде всего акции Леннонов за прекращение войны во Вьетнаме.

«Дайте миру шанс! – призывали вдохновленные Джоном Ленноном пацифисты. – Руки прочь от Вьетнама!». В принципе, точно так же, как в 1940 и 1941 годах демонстранты на Таймс-сквер в Нью-Йорке, нёсшие плакаты: «Гитлер не нападал на нас. Зачем нам воевать с Гитлером? Дайте миру шанс!».

Их голос был услышан. Республиканский президент Ричард Никсон, победивший на выборах в ноябре 1968 под лозунгом «почетного мира» с вьетнамскими коммунистами и стоявшими за их спиной СССР и Китаем, летом 1969 объявил о начале поэтапного вывода американских войск из Вьетнама. Миру был дан долгожданный шанс. За чей счет – увы, стало очевидным чуть позже.

Уверен, что и Джон, и Йоко видели по телевизору апокалиптические кадры эвакуации Сайгона в апреле 1975. Не думаю, что они не знали о раскрывшейся в 1979 году трагедии Камбоджи, где победившие после ухода американцев из Индокитая «красные кхмеры» за четыре года существования своей наглухо изолированной от внешнего мира «Демократической Кампучии» целенаправленно уничтожили два миллиона жителей – треть населения страны. Вряд ли автор Give Peace A Chance не слышал о 400 тысячах вьетнамских boat people, людей в лодках, погибших в море при попытке бежать из коммунистического рая. Увы, это и был тот самый «мир», шанс для которого требовал Джон в своих песнях. Но есть ли мир в Аушвице? Или на полпотовских «полях смерти»?

«Поля смерти» в Камбодже. Жертвы режима «красных кхмеров»

Imagine…

Мне очень хочется представить себе, что Джон Леннон пришел бы к тем же выводам и проделал бы тот же интеллектуальный путь, что и многие другие участники мировой революции 1968-69, которые позднее, оставаясь на левых позициях, стали убежденными антикоммунистами и сторонниками глобального вмешательства с целью защиты и продвижения свободы и демократии.

Подобно американским неоконсерваторам – бывшим активистам «Народной Республики Беркли», сформировавшим внешнюю политику Рональда Рейгана и, в той или иной степени, влиявшим на политику последующих американских президентов.

Подобно лидеру итальянских радикалов Марко Паннелле, в 60-е годы выступавшему против членства Италии в НАТО и за «мир во Вьетнаме», а в декабре 1991 встречавшего Рождество в хорватской военной форме в окопах под Осиеком, требуя вмешательства НАТО для остановки сербской агрессии, и бросившего в 90-е едва ли не все силы своей транснациональной политической организации на защиту преследуемых диссидентов в Китае, Тибете, Вьетнаме, Камбодже и Лаосе.

Подобно французскому философу Андре Глюксману, идеологу «Новых левых», который – в значительной мере под влиянием опубликованного на Западе в 1973 году солженицынского «Архипелага ГУЛАГ» – перешел на «империалистические» позиции неоконсерваторов и борцов за права человека.

Есть ли основания для подобной веры? Не знаю. В истории, как известно, нет сослагательного наклонения, а жизненный путь Джона Леннона оборвался 8 декабря 1980 года.

Сегодня, так же, как и в 80-е, я вновь и вновь слушаю его написанную в 1971 песню Imagine – вместе со всеми землянами, кто разделяет ценности свободы, мира и разума.

Я слушаю эту великую и вдохновляющую песню. И, увы, каждый раз вспоминаю те миллионы вьетнамцев, камбоджийцев, лаосцев, что погибли в результате успеха антивоенной борьбы прекраснодушных пацифистов. И каждый раз мне хочется горько воскликнуть: «Боже мой, что же ты наделал, Джон…»

Мне нужна Ваша поддержка!

Если Вам понравился этот материал и Вы хотели бы поддержать мою работу, Вы можете сделать это, оформив платную подписку на мой блог на платформе Patreon (от $3 в месяц) или Boosty (от 150₽ в месяц). Ваша платная подписка даст Вам ранний или эксклюзивный доступ к материалам только для подписчиков, а мне – возможность уделять больше времени на создание новых текстов и подкастов для Вас. Чтобы посмотреть блоги и оформить подписку, нажмите на одну из кнопок ниже!