В солнечный субботний день 3 мая несколько десятков человек пришли к фонтану «Дружба народов» на ВВЦ в Москве, чтобы провести так называемые «конопляные гуляния» — акцию, призванную привлечь внимание к проблеме запрета конопли и ее производных. Место было выбрано отнюдь не случайно: в самом центре этой монументальной композиции красуются увесистые бронзовые листья конопли, призванные в свое время увековечить трудовые подвиги советских коноплеводов. Власти были во всеоружии: фонтан был заблаговременно оцеплен ОМОНом и к назначенному для начала «гуляний» времени милиция уже задержала дюжину молодых людей и девушек, которые своим внешним видом могли напоминать сторонников легализации марихуаны.

Субботняя акция, которую московские активисты «Лиги легализации конопли» — созданной в 2005 году группы, объединяющей два десятка членов и поддерживающей свой сайт в Интернете — безуспешно пытаются провести уже четвертый год подряд, была, как и в прежние годы, частью международной манифестации. На этот раз в первые выходные мая более чем в 120 городах мира прошли мероприятия в рамках так называемого «Всемирного марихуанового марша». В отличие от нашей страны, все эти марши, манифестации и фестивали прошли, как всегда, вполне спокойно. Чего же добиваются противники прогибиционизма (от англ. prohibition — запрет), проводящие в эти майские дни свои демонстрации?

Конопля и ее производные (марихуана, гашиш), совершенно легальные на протяжении всей истории человечества вплоть до первых десятилетий двадцатого века, ныне с той или иной степенью суровости запрещены по всему миру. Единая конвенция ООН о наркотических веществах 1961 года запретила культивацию и продажу натуральных наркотических веществ — таких, как сannabis (часто употребляемое латинское название конопли). Законы всех стран мира, основывающиеся на конвенциях ООН по наркотикам от 1961, 1978 и 1988 годов, включают сannabis в так называемый «список 1» наркотических веществ, относя таким образом коноплю к самым опасным наркотикам, наряду с героином. За торговлю коноплей и даже за ее хранение положено тюремное заключение, а в некоторых азиатских странах (например, в Китае, Индонезии, Малайзии, Саудовской Аравии, Иране, Сингапуре, Таиланде) — даже и смертная казнь.

Однако оправдан ли такой подход с какой-либо точки зрения?

Проведенные британскими и другими зарубежными учеными многочисленные исследования неопровержимо свидетельствуют о том, что производные конопли являются гораздо менее вредными веществами, чем такие легальные наркотики, как алкоголь и табак.

В самом деле, доля связанной с алкоголизмом смертности в общей смертности населения нашей страны достигает, по данным ООН, 30 процентов у мужчин и 17 процентов у женщин. Только от острых отравлений алкоголем ежегодно умирают, по данным Роспотребнадзора, около 40 тысяч человек. Всего же из-за неумеренного употребления алкоголя Россия ежегодно теряет до полумиллиона своих трудоспособных граждан. Однако приходилось ли вам хоть раз в жизни слышать о человеке, умершем от употребления марихуаны? История науки таких случаев не знает.

Спорить с этим не решаются даже самые твердокаменные сторонники сохранения запрета на коноплю. Единственным, по сути, их аргументом является тезис о том, что употребление марихуаны якобы способствует переходу на тяжелые наркотики — такие, как героин.

Действительно, данные некоторых опросов говорят о том, что большинство потребителей тяжелых наркотиков в прошлом употребляли сannabis. Однако нет никаких свидетельств того, что большая или хотя бы просто значительная часть потреблявших марихуану впоследствии пристрастилась к тяжелым наркотикам. Точно так же можно утверждать, что большинство героиновых наркоманов когда-то начинали с пива, но вряд ли у кого-то повернется язык сказать, что пиво — это путь к тяжелым наркотикам.

«Разговоры о том, что человек курил коноплю и в силу каких-то химических причин перешел на героин — это чушь собачья. Если человек переходит с марихуаны на героин, то это результат его внутренней неустроенности. Он ищет адаптогены, с помощью которых пытается решить социальные и духовные проблемы, и эти адаптогены его разрушают», — так охарактеризовал эти аргументы в недавнем интервью агентству «Интерфакс» известный нарколог, член Общественной палаты и президент фонда «Нет алкоголизму и наркомании», кандидат медицинских наук Олег Зыков.

Есть, впрочем, в рассуждениях о связи марихуаны и тяжелых наркотиков и вполне рациональное зерно. В самом деле, до тех пор, пока торговля запрещенной марихуаной и запрещенным героином находится в одних и тех же руках, то есть в руках у подпольных дилеров, они заинтересованы в том, чтобы попытаться «пересадить» потребителя конопли на гораздо более дорогой и гораздо более выгодный героин, который к тому же, вызывая быстрое физическое привыкание, практически гарантировано превращает нового покупателя в постоянного клиента.

Именно из этого, в частности, исходило правительство Нидерландов, когда в конце 60-х годов приняло новую политику в области наркотиков, основывающуюся на двух принципах: 1) употребление наркотиков является вопросом общественного здравоохранения, а не уголовным преступлением; 2) существует различие между тяжелыми и легкими наркотиками. Вопреки устоявшемуся ошибочному мнению о том, что в этой стране имеет место едва ли полный «лигалайз», на самом деле здесь просто не подвергают преследованию за розничную продажу легких наркотиков (производные конопли) в кофешопах в количестве не более 5 грамм на одного посетителя. И хотя многие вопросы при этом остаются нерешенными (в частности, кофешопам по-прежнему формально запрещено закупать марихуану для продажи и они делают это нелегально, хотя и открыто), тем не менее, даже одна эта половинчатая мера привела к тому, что рынки легких и тяжелых наркотиков оказались разделены: розничная торговля коноплей была отобрана у наркомафии.

Прагматичная голландская политика в области наркотиков и ее результаты — это, безусловно, тема для отдельной большой статьи. Здесь же достаточно упомянуть лишь две цифры: ежегодная смертность от передозировки наркотиков в России составляет, по данным ФСКН, около 100 тысяч человек; аналогичные же показатели в 16-миллионной Голландии не превышают 40 смертей в год. Как говорится, имеющий уши да услышит.

В последние годы все большее число демократических правительств начинает мало-помалу продвигаться в голландском направлении, прислушиваясь к аргументам тех многочисленных ученых, врачей, юристов и политиков, которые призывают к легализации производных конопли и установлению для их употребления, производства, продажи и налогообложения таких же правил, которые сегодня действуют в отношении крепких спиртных напитков или табачных изделий.

Кто же больше всех заинтересован в сохранении запрета марихуаны? Ответ лежит на поверхности: это именно те «серьезные люди» и криминальные структуры, под чьим безраздельным монопольным контролем сегодня находится подпольный рынок запрещенных веществ. Именно запрет сделал торговлю наркотиками самым прибыльным сегодня бизнесом на планете — точно так же, как в прошлом веке в Америке именно сухой закон породил Аль-Капоне.

Собственно, сам по себе рынок марихуаны не представляет для этих людей и структур решающей ценности, учитывая его относительно низкую прибыльность по сравнению с рынком героина. Однако они рассматривают вопрос о легализации марихуаны как своеобразные политические Фермопилы прогибиционизма: падет запрет на марихуану — и откроется прямая дорога к пересмотру политики в отношении других, гораздо более выгодных веществ. Никто из этих людей не хочет повторения судьбы американских мафиози 20-х и 30-х годов прошлого века, весь бизнес которых (а для многих и жизнь) рухнул в одночасье с отменой в 1933 году благословенного сухого закона.

Понимая, что поддержание прогибиционистского status quo возможно лишь в отсутствие доступной и достоверной информации о наркотиках, эти люди и структуры стремятся предотвратить широкую общественную дискуссию о политике в области наркотиков, как можно дольше удержать общественное сознание в плену разного рода антинаучных мифов и фобий. При этом они действуют через контролируемые ими органы государственной власти, лояльных им пропагандистов и средства массовой информации. Однако на Западе, в условиях политической демократии и свободы слова, затыкать рот критикам прогибиционизма получается все хуже и хуже. Зато у нас…

«О легализации конопли как наркотика речь вообще не может идти. Эта тема даже не должна обсуждаться (выделено мной. — Н.Х.)… Подобные акции — грубейшее нарушение общественного порядка и хулиганство. Это весеннее обострение, на которое должны отреагировать органы внутренних дел и психиатры», — это высказывание руководителя департамента межведомственной и информационной деятельности ФСКН генерал-лейтенанта Александра Михайлова процитировали на прошлой неделе, кажется, все главные российские СМИ.

Ему вторит начальник Управления информации МВД Валерий Грибакин: «В России конопля относится к запрещенным наркотикам, а значит, открытые призывы к ее легализации, исключению из перечня запрещенных препаратов и требования о разрешении ее свободного оборота нельзя рассматривать иначе как пропаганду употребления наркотических средств».

О том, что этот странный, мягко говоря, подход грубо нарушает гарантированную Конституцией свободу мысли и слова, да и с элементарной логикой находится не в ладах — говорить излишне. Однако именно этим подходом руководствуются российские власти, начиная с 2001 года неизменно запрещающие любые публичные манифестации за пересмотр политики в области наркотиков и тем самым всякий раз демонстрирующие, что прогибиционизм обречен идти рука об руку с ложью, насилием и грубыми нарушениями конституционных прав граждан: вплоть до 15-суточных арестов организаторам прошлогоднего «Конопляного марша» в Москве.

В сегодняшней России практически полностью отсутствует публичная политика и свободная дискуссия в обществе — не только по вопросу наркотиков, но и по всем другим предметам публичного интереса. Никем и ничем не контролируемая власть исходит лишь из своих собственных интересов и интересов обслуживаемых ею кланов, зачастую криминальных. И именно на плачевном примере нашей страны — страны, где в результате проводимой правительством политики каждые 6 минут погибает от наркотиков один человек, а те, кто отваживается эту политику критиковать, подвергаются арестам и обвинениям в «пропаганде наркотиков», — самым наглядным образом видно, к чему может привести «химически чистый» прогибиционизм в условиях общественного и информационного вакуума, порожденного авторитарным и коррумпированным режимом.

Неверно думать, что легализация марихуаны или сохранение запрета на нее — это вопрос, призванный волновать лишь молодых людей со спутанными волосами и «косяком» в кармане. Отнюдь. Ведь поддержание бессмысленного запрета означает не только новые аресты наших детей, вся вина которых состоит в том, что они курят «неправильное» растение вместо «правильного» табака. Это означает, прежде всего, дальнейший рост могущества преступных кланов, все больше контролирующих государство и его институты, дальнейшее усиление правового нигилизма во власти и в обществе, дальнейшее разложение и коррумпирование правоохранительных органов.

А значит — это касается всех нас.

Первоначально опубликовано на сайте Каспаров.Ру